РОЖДЕНИЕ КАЗАКА

Поэма


Посвящается учителю, поэту и другу -

Владимиру Константиновичу Тэну

Часть первая


Товарищ мой, добавлю –

Константиныч!

Немало лун по небу прокатилось,

Где сто дорог связалось

в Константиновск.

Под шестьдесят, скажи мне,

что приснилось?


Наверняка, донская тишь, ветров морщины…

По каменке бежишь к песчаной мели.

В кругу друзей, где настоящие мужчины -

На вырост казаки и все «при теле».


Скользящий теплый луч разбудит город.

Парной водой умоешься из дона,

Неловко застегнет рубахи ворот,

И степь ковыльная

шагнет с тобой из дома!


Июльским утром опьянит, заворожит,

Прозрачной дымкой сердце обнимая.

Все там, где ивушка у берега стоит,

Теплом ладошек друга согревая…


Ты погоди новорожденный, не спеши,

Еще не вызрело зерно поэта.

Шуршат шаги – речные камыши…

Придет твой день сорокового лета.


Еще намаешься, придя на этот свет.

Останутся вопросы без ответов…

Наверно, будешь ты – талантливый поэт,-

Душа ржавеет, если нет поэтов.


Возложен на тебя большой удел,

Шептала мать, закутывая сына:

«Вот здесь – земля, где звезды – там предел…

Пойдем, сынок по верстам серпантина».


Дорога трудная. Война, раскинув сети,

Кромсала человека на куски

Перемешалось все на белом свете…

Кусочек хлебца б где-нибудь найти!


И засыпая в темном эшелоне,

Где вместо колыбельной – стук колес.

Столпотворение, как в новом Вавилоне,

Переполнялись берега от слез…


Твой дед, почтенный житель Зауралья,

Блеснул искринкой очень добрых глаз:

«Ну – к, обними меня, пострел, каналья!»

Перекрестив, сказал:

«Что ж, в добрый час!»


Ручонки хрупкие обвили шею деда,

Небритая щека кольнула нос:

«Присядь, поешь, наверно, не обедал,

Вот узелок, тебе его принес!»…


Где будешь жить, внучок,

где бросишь якорь -

Сумеешь крепко взяться за весло?

Не надо, постреленок,

только плакать…

Расти, осваивай быстрее ремесло!


Узнаешь, что такое корка хлеба,

Да сколько на весах ему цена.

Возьми рубли – достал я их не с неба…

И знай, что, правда, на земле – одна!


Запомни, дорожа своей свободой,

Что рядом дышат и добро, и зло.

Шагай смелее собственной дорогой,

Не жалуйся, что, мол, не повезло….


Заглянь – ка за пределы звезд далеких…

Что там: зима иль, может, ледоход?..

И напиши стихи из дум высоких!..

Беги быстрей, отходит пароход!«.


А где-то там, в ночи, заржали кони.

Взорвало небо пламя рыжих грив.

Копыта пели,

Пели перезвоны,

Далекий край таинственно манил…



Часть вторая


Семь братьев основали

вольный город.

Не торопясь, забили первый кол.

Открыв ворота настежь, стар и молод -

Беги на Дон, коль ты и нищ, и гол!


Найдется по душе, уму работа:

Свободу любишь, силой одарен -

Седлай коня! Одна твоя забота -

Клинок, острее бритвы заточен.


Но есть законы местности старинной.

Кто автор? –

затруднительно сказать…

Пусть гордый ты,

застенчивый иль чинный -

Обычаи обязан соблюдать!


«Не торопись заказывать фуражку,

Ревниво на околыш, бросив взгляд.

Лампас течет, как ручеек в овражке,-

Такой наряд любой примерять рад!..


Чтобы пройтись с казачкой по станице:

Смолистый чуб целует небеса,

Кипит душа могучая под ситцем,

Поет цветок, вплетенный в волоса!


Да…

Очень хорошо! -

Герой стремится

Перемахнуть на берег с островка.

Так путник жаждет и спешит напиться:

Найдет, прильнет и пьет из родника…


Собрался сход людей разнообразных.

Гутарили о жизни, прошлых днях.

Клубился дым от самокруток праздных…

Вот атаман подъехал на санях:


«Здорово, казаки, ядрена корень!

Давненько тут, аж прокурился ус!

Гляди – ка – новенький,

он парапету вровень.

Каких мастей? Шестерка али туз?


На внешний вид, наверное,… японец.

А, мож, китаец, где нам это знать?

Докладывали, дескать, стихотворец…

Хомут с седлом могешь зарифмовать?«


От хохота

грачей взлетела стая,

Ругаясь в небе за нарушенный покой.

И атаман, с саней не вылезая:

«Иди поближе…Кто и чей такой?


Каких кровей, откуда будешь парень?

Чему обучен да о чем поешь?

Хотя в плечах и не косая сажень,

Быть хочешь казаком, ядрена вошь?


Ну – к, рассупонь мово коня из саней…

Эй! Кошевой, ему бы ишака!

На ишака – диван, что поисправней!«

Смеялись все, хватаясь за бока…


«Гляди сюды, как надо енто делать.

Кто там? Плясни игристого вина…

Вот с ентой братиной

Отсель скакну верст десять

И не пролью, и осушу... до дна!»


Как было сказано,

Проделано с лихвою! -

Лишь комья снежные

Взлетели к облакам.

Потом утер усы,

Пригладил их рукою,

И… подмигнул довольным казакам.


«Ну что, могешь

Сей трюк

вот так проделать?

Аль на плетень седло,

Потешишься пока?

А ежли трусишь, за конем побегай.

Давай! Ляпи с туземца казака!»


Конь захрипел, словно его облили,

На круп не принимая чужака.

Но руки чьи-то прочно усадили…

Лицом к хвосту беднягу-седока


Все замерли…

Кто бросил самокрутку,

А кто дымил, сосал до огонька.

Через одну тягучую минутку

Кого встречать: коня аль седока?


Рванул каурый с места ураганом.

Стрелой летели, будто на врага.

Играли в прятки стремена с ногами,

И в стороны шарахались снега.


Конь былочкой

В лихом прыжке прогнулся,

Успел мельком взглянуть на седока.

А тот винтом проворно обернулся…

И удила зажались у клыка.


Так неприятно на зубах железо:

Придумали ж такую «Благодать»!

Коль не понятно слова «вправо-влево».

Так потяни…

Но можно пасть порвать…


«Ну что же ты, родной!-

Куда несешься?

Стремишься, братец,

Сбросить седока?

Давай подружимся,

Постой, куда ты рвешься? -

Там речка под обрывом глубока!


Настанет лето, отведу в ночное,

По звездам проложу тебе маршрут…

Конечно, это дело не простое:

Найти по звездам наиверный путь.


«Медведица» погладит гриву лапой,

Воды жемчужной

Зачерпнет ковшом.

Не одарит ни серебром, ни златом,

Лишь увенчает сказочным венцом.


Там, за околицей

бескрайней той Вселенной,

Куда так трудно каждому попасть,

Пойдешь по нитке бледной,

Но не тленной,

Где, не стреноженный,

Напрыгаешься всласть…«


Конь сбавил ход,

Убавил прыть и ропот,

Очаровался, словом седока…

А казаки гадали: где же топот?

И атаман заждался рысака.


Вот показались.

-Батюшки! Их двое…

Герой в седле и смотрит свысока.

Коняга гривою метет,

как ветер в поле,

И выгнув шею, скалится слегка.


Остановились в двух шагах от схода…

Молчали все, никто не вопрошал.

Морозная в тот день была погода.

Дохнувши паром, тихо конь заржал.


«Что-т непонятная оказия такая? -

Нахмурив густо брови атаман. -

Умчались – недруги, теперь же, обнимая

Друг друга, возвратились сквозь туман.


Когда пойдем войной на супостата,

Ты так же резво друга выручай…

Слезай, поэт, верна твоя цитата,

Складай стихи про наш родимый край!


Для всех ты нынче

станешь односумом.

Вон ту казачку, губы чьи – огонь

Как лист падет,

Возьмешь и будешь кумом…

Об этом, где попало не трезвонь…«


Крутанув усы, папаху сдвинул набок,

Прокашляв, атаман свой голосок:

«Пожалуй, мы пропустим пару чарок.

Ну, надо же…

Японец – казачок!»


Казак Константиновского юрта А. Кошманов

Ростовской области



Полынный край

Песни

Зарисовки, статьи, сценарии

Казачья вольница


Рекомендуем так же посетить:

  велосипедные туры по камчатке - подробная информация здесь